Лоренс Фишбёрн, подаривший нам легендарного Морфеуса, впервые так откровенно рассказал об обратной стороне культа. На кинофестивале в Марракеше актёр признался: съёмки «Матрицы» стали самым тяжёлым физическим испытанием в его жизни.
«Нас тренировали как атлетов»
Фишбёрн вспоминает, что они с Киану Ривзом и Кэрри-Энн Мосс стали первыми западными актёрами, кто работал в жёстком гонконгском стиле. Легендарный хореограф Юэнь У-Пин боялся, что они не справятся, и гонял их без жалости.
«Именно тогда я понял, почему профессиональным спортсменам платят такие деньги, — говорит актёр. — Потому что им больно постоянно. Не как в спортзале — поболел день и прошло. А постоянно».
У каждого из троицы было по два тренера. Результат мы знаем — боевые сцены «Матрицы» до сих пор считаются эталоном. Сам Фишбёрн признаётся: спустя 25 лет эти движения всё ещё живут в его теле.
Не просто роли, а судьбы
Но Фишбёрн — не только про боль. На фестивале он говорил о своём пути из Бруклина в большое кино. И о том, как важно удивлять зрителя.
Например, Джимми Джамп из «Короля Нью-Йорка» стал для него первым хип-хоп-гангстером на экране. Образ родился из нью-йоркских улиц, хип-хопа и вестернов.
А после «Ребят с улицы» к нему подошёл молодой человек со слезами на глазах. Позже друг объяснил Фишбёрну: «Когда ты сыграл Фьюриаса Стайлза, ты стал отцом для целого поколения мальчишек, у которых не было отцов».
На той же встрече в Марракеше случились технические накладки. Пока организаторы разбирались, зал занервничал. Фишбёрн посмотрел на людей и спокойно сказал: «Вы все такие красивые. Спасибо, что пришли».
В этот момент Морфеус был снова с нами.
Читайте далее
